Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Стихи Вертинского.

Любовью болеют все на свете.
Это вроде собачьей чумы.
Ее так легко переносят дети
И совсем не выносим мы.

Она нас спасает. Она нас поддерживает.
Обещает нам счастье, маня.
Но усталое сердце уже не выдерживает
Температуры огня.

Потому что оно безнадежно замучено
От самых простых вещей.
К вечной казни и муке оно приучено,
Но не может привыкнуть к ней.


Хорошо в этой „собственной" даче
Бурной жизни итог подвести.
Промелькнули победы, удачи
И мечтаний восторги телячьи,
И надежды, как старые клячи,
Уж давно притомились в пути.

И сидишь целый день на террасе,
Озирая свой "рай в шалаше"...
Так немного терпенья в запасе,
Ничего не осталось в сберкассе,
Ничего не осталось в душе.

Но зато, если скинуть сорочку,
Взять лопату, залезть в огород,
Можно разбогатеть в одиночку,
Продавая клубнику в рассрочку,
И всего за какой-нибудь год!

Но, увы, мне нельзя нагибаться,
К сожаленью, мешает склероз...
И чего мне в навозе копаться?
И вообще молодым притворяться
Мне давно очертело до слез!
promo julijtroz ноябрь 21, 15:11 3
Buy for 10 tokens
Газпром - мечты сбываются, но не твои. Заплати налоги и спи спокойно. Ибо жрать уже тебе не скоро. Почта России - вы уже забыли, а мы припёрлися. Пятёрочка выручает, понюхай тухлое - узнай есть ли симптомы Ковид. Вакцина от коронавируса - она вроде как есть, но её нет.

Стихи Вертинского.




Обезьянка Чарли устает ужасно
От больших спектаклей, от больших ролей.
Все это ненужно, все это напрасно,
Вечные гастроли надоели ей.

Быть всегда на сцене! И уже с рассвета
Надевать костюмы и смешить людей.
Бедная актриса устает за лето,
Дачные успехи безразличны ей.

Чарли курит "кэмел", Чарли любит виски,
Собственно, не любит, но "для дела" пьет.
Вот она сегодня в роли одалиски
Исполняет танец, оголив живот.

И матросы смотрят. Вспоминают страны,
Где таких, как Чарли, много обезьян.
И швыряют деньги. И дают бананы.
А хозяин хмурый все кладет в карман.

Только с каждым годом все трудней работа.
Люди не смеются. Людям не смешно.
Чарли не жалеет. Их обидел кто-то,
Оттого и стало людям все равно.

Звери, те добрее. Людям что за дело?
Им нужны паяцы, им нужны шуты.
А зверям самим кривляться надоело,
В цирках да в зверинцах поджимать хвосты.

Ах, и мне не легче - этим же матросам
Петь на нашем трудном, чудном языке!
Думали ль вы, Чарли, над одним вопросом:
Почему мы с вами в этом кабаке?

Потому что бродим нищие по свету.
Потому что людям дела нет до нас.
Потому что тяжко зверю и поэту.
Потому что нету Родины у нас!



Александр Вертинский. (1940г.)

Средство от бессонницы.



Когда от бессонницы тяжко и больно,
Как будто ударили битой бейсбольной,
А спальня похожа на тесную клетку,
И ты выпиваешь вторую таблетку,
Но лезут противные мысли о вечном,
И не сосчитать непокорных овечек,
И даже беспомощны Хрюша с Каркушей -
.
Не мучайся, детка! Иди и покушай.
.
Покушай сметанки, покушай сырочка,
И станет милее ночная сорочка,
Покушай печеньки, покушай ватрушки,
И в сладостной неге заройся в подушки.
Покушай вареньица с манною кашкой,
Одобрено Хрюшей, Каркушей, Степашкой,
Запомни рецепт этой правильной сказки:
.
Расплющило - плюшку, колбасит - колбаски!


автор Сола Монова



Телемусор...

СТС - найдите Ворониным хорошего сценариста...
Расставаться с Ворониными не хочется. Забавный временами сериал. Однако первые серии нового сезона показали слабость сценарного состава. Сценаристов у этого сериала много. Может быть проблема именно в этом? Лучше меньше, да лучше... Новый сезон Ворониных смотришь с трудом - хочется выключить телевизор. Какая-то глупость в кубе с поющими частушки сорокалетними дядьками в панамках, которые ради этих частушек прикатили на дачу. Сценаристы считают, что это смешно или интересно? Это глупо и примитивно. Смените уже сценаристов - не портите сериал...
Вообще фильмы сейчас снимают нелепые. Показывают их по выходным. Смотреть невозможно. Смотрела я в воскресенье фильм про Золушку. Под названием "Кто я". Взяли сказку "Золушка", добавили амнезию главной героини и персонажи: "сын мачехи" и "любовник мачехи". В результате - принцу Золушка отказала, влюбившись в мачехиного сына. А любовника своего мачеха "заказала", и заказ её исполнили - после чего она никак не сможет быть прощена Золушкой, как в конце сказки.  Высокомерный, спесивый принц, услышав отказ Золушки, в недоумении обозвал её дурой. А мачехин сын ради её любви предал\продал собственную маменьку. Такая вот старая-старая сказка на новый лад... И каждый выходной показывают по нескольку таких вот фильмов...
А ведь снимали когда-то у нас очень хорошие фильмы. И сценарии к ним писали талантливые умные сценаристы. А сейчас судя по всему сценарии пишут все, кому не лень.




Заказать бы компании по вывозу мусора вывезти весь этот телемусор с наших экранов... Сейчас таких компаний много. Например, вывоз строительного мусора СПБ осуществляет как минимум полсотни компаний. Но от телемусора они к сожалению не избавляют...

Нужна ли мебель-стенка в гостиной?

Я однажды услышала от одного владельца мебельной фирмы фразу, которая меня озадачила. А сказал он следующее: "Я сроду в зал стенку не поставлю"... Вот тебе и раз... Нам, значит, они впаривают эти мебель-стенки не скупясь на рекламу, а сами их давно уже у себя не ставят...
Ну, да - сейчас ведь мода на горки и огромные зеркала над длинным комодом в гостиной. Ну и, конечно: тумба под телеаппаратуру, плюс рядом с тумбой шкафчик однодверный для дисков. Ещё журнальный столик или обеденный стол, да набор мягкой мебели - вот вам и стандартная современная обстановка главной комнаты в квартире.  Прошли те советские времена, когда все старались купить стенку в гостиную и повесить ковёр в ней же. Без стенки и ковра - зал не зал. Теперь же ковры в гостиной - моветон, а стенки - прошлый век. Хотя мебель-стенки нынче модернизировались. Теперь это наборы из тумб и навесных шкафчиков. На тумбы ставятся телевизор и другая аппаратура, а в шкафчики складываются диски с фильмами и книжки. Хотя книжки сейчас в доме далеко не у всех - принято их выбрасывать. Прочитали и выкинули - чтоб квартиру не захламлять.
Так нужна ли сейчас стенка в гостиной?

Притча.



Приходит ученик к Учителю и говорит: “Учитель, я устал, у меня такая тяжелая жизнь, такие трудности и проблемы, я все время плыву против течения, у меня нет больше сил… Что мне делать?”

Учитель вместо ответа поставил на огонь три одинаковых емкости с водой. В одну емкость бросил морковь, в другую - положил яйцо, а в третью - насыпал зерна кофе. Через некоторое время он вынул из воды морковь и яйцо и налил в чашку кофе из третьей емкости.

“Что изменилось?” - спросил он ученика.

“Яйцо и морковь сварились, а зерна кофе растворились в воде”, - ответил ученик.

“Нет, - сказал Учитель, - это лишь поверхностный взгляд на вещи. Посмотри - твердая морковь, побывав в кипятке, стала мягкой и податливой. Хрупкое и жидкое яйцо стало твердым. Внешне они не изменились, они лишь изменили свою структуру под воздействием одинаково неблагоприятных обстоятельств - кипятка. Так и люди - сильные внешне могут расклеиться и стать слабыми там, где хрупкие и нежные лишь затвердеют и окрепнут”.

“А кофе?” - спросил ученик.

“О! Это самое интересное! Зерна кофе полностью растворились в новой враждебной среде и изменили ее - превратили кипяток в великолепный ароматный напиток. Есть особые люди, которые не изменяются в силу обстоятельств. Они изменяют сами обстоятельства и превращают их в нечто новое и прекрасное, извлекая пользу и знания из ситуации”.

Есенин "Я по первому снегу бреду".



Я по первому снегу бреду.
В сердце ландыши вспыхнувших сил.
Вечер синею свечкой звезду
Над дорогой моей засветил.

Я не знаю - то свет или мрак?
В чаще ветер поет иль петух?
Может, вместо зимы на полях,
Это лебеди сели на луг.

Хороша ты, о белая гладь!
Греет кровь мою легкий мороз.
Так и хочется к телу прижать
Обнаженные груди берез.

О лесная, дремучая муть!
О веселье оснеженных нив!
Так и хочется руки сомкнуть
Над древесными бедрами ив.

Сергей Есенин.

История любви Фёдора Тютчева и Амалии фон Крюденер.

«И на холму, там, где, белея,
Руина замка вдаль глядит,
Стояла ты, младая фея,
На мшистый опершись гранит,
Ногой младенческой касаясь
Обломков груды вековой;
И солнце медлило, прощаясь
С холмом, и с замком, и с тобой».


Одно из самых знаменитых стихотворений Фёдора Тютчева – «Я встретил вас, и всё былое…» - было написано им 145 лет назад, 7 августа 1870 года. Поэт посвятил его уже 62-летней на тот момент баронессе Амалии фон Крюденер, любовь к которой пронёс через всю свою жизнь.

Они познакомились в Мюнхене, будучи в то время, пожалуй, ещё практически детьми. Нетитулованный дворянин, секретарь русского посольства Фёдор Тютчев (или Теодор Тютчефф, как называли его на немецкий манер) тогда едва отпраздновал своё 19-летие. Амалии и вовсе было 14. Однако девушка поразила будущего знаменитого поэта своей утончённой красотой. Конечно, Фёдор Иванович был очарован и сражён. И даже, как считают историки, пытался просить руки юной баронессы, хотя никаких свидетельств этому не сохранилось. Однако у родителей девушки были другие планы. Ей приготовили более выгодную партию – юную Амалию выдавали замуж за «старого и неприятного» секретаря русской дипломатической миссии барона Александра Сергеевича Крюденера. Влюблённый Тютчев был раздавлен. Он немедленно и тайно вызвал барона на дуэль. Но счастливый жених отказался, придравшись к какому-то незначительному нарушению дуэльного кодекса.
Судьба развела их. Амалия родила барону сына, а Фёдор преподнёс своим родным настоящий «сюрприз», тайно обвенчавшись со вдовой русского дипломата Александра Петерсона. Элеонора была старше Тютчева почти на шесть лет, и имела от первого брака троих детей. Любил ли он её или женился, пытаясь забыть свою истинную страсть? Сложно сказать. В письмах родным он так пояснял свой выбор: «...Эта слабая женщина обладает силой духа, соизмеримой разве только с нежностью, заключённой в её сердце... Я хочу, чтобы вы, любящие меня, знали, что никогда ни один человек не любил другого так, как она меня... Не было ни одного дня в её жизни, когда ради моего благополучия она не согласилась бы, не колеблясь ни мгновенья, умереть за меня!»
Между тем, с баронессой фон Крюденер ему приходилось то и дело сталкиваться в обществе. Была ли у них тайная связь? Никто не знает, никаких подлинных свидетельств не сохранилось. Однако то, что красавица Амалия всё ещё будоражила чувства поэта, свидетельствуют хотя бы стихотворения, которые он продолжал посвящать первой любви.

«Ты любишь, ты притворствовать умеешь, -
Когда, в толпе, украдкой от людей,
Моя нога касается твоей,
Ты мне ответ даёшь и не краснеешь!
Всё тот же вид рассеянный, бездушный,
Движенье персей, взор, улыбка та ж...
Меж тем твой муж, сей ненавистный страж,
Любуется твоей красой послушной».

Кстати, именно благодаря Амалии стихи Тютчева увидели свет в «Современнике» Пушкина. Фон Крюденеры собирались переезжать в Россию и перед отъездом Фёдор Иванович попросил баронессу передать Александру Сергеевичу рукопись лично в руки. Амалия сдержала обещание, и все привезённые ею стихи были опубликованы в журнале за скромной подписью Ф.Т.
С приездом в Санкт-Петербург начинается эра истинного блистания Амалии в свете. Ею были очарованы и Тургенев, и Пушкин. «Вчера был вечер у Фикельмонов. Было довольно вяло, - сообщает князь Пётр Вяземский в письме своей жене. - Один Пушкин palpitoit de l`interet du moment (трепетал от вспыхнувшего интереса - фр.), краснея взглядывал на Крюднершу и несколько увивался вокруг неё».
Да что там Пушкин! Баронессой увлёкся сам император! Весь двор шептался об их далеко не платонической связи. По высочайшему соизволению Николая I она даже получила в дар имение с парком.
А у Тютчева между тем развивался бурный тайный роман с вдовой барона Дернберга Эрнестиной. Этот роман и погубил жену Фёдора Ивановича. Узнав о неверности мужа, Элеонора Фёдоровна пыталась покончить с собой. Она нанесла себе несколько ударов в живот кинжалом. Однако ранения не были смертельными. Элеонора выбежала на улицу, где лишилась сознания. Соседи принесли её домой. Вернувшийся от любовницы Тютчев был потрясен. Он дал клятву жене никогда больше не видеться с Эрнестиной. И даже временно увёз семью в Россию, чтобы быть дальше от искушения. Тем не менее, организм женщины был ослаблен пережитым потрясением. И спустя некоторое время она скончалась от банальной простуды. Говорят, Тютчев за одну ночь поседел от горя. В письме другу, поэту Жуковскому он спрашивает: «Что обыкновеннее этой судьбы – и что ужаснее? Всё пережить и всё-таки жить...» Получив это письмо, Жуковский записал в дневнике недоуменную реплику: «Он горюет о жене, которая умерла мучительной смертью, а говорят, что он влюблён в Мюнхене».
Между тем спустя четыре месяца после смерти Элеоноры состоялась тайная помолвка Тютчева и Эрнестины Дернберг. Однако семейная жизнь не заладилась у поэта и на этот раз. Надломленный душой, он практически с первых же дней начал изменять и Эрнестине.
О любви своей юности Амалии Теодор, однако, никогда не забывал.
«Видаете ли Вы когда - либо госпожу Крюденер? – пишет Тютчев своим родителям. - У меня есть все основания полагать, что она не так счастлива в своём блестящем положении, как я того желал бы. Какая милая, превосходная женщина, как жаль её. Столь счастлива, сколь она того заслуживает, она никогда не будет!»
«Младая фея» к тому времени уже похоронила первого мужа и вышла замуж повторно, за графа Николая Адлерберга.
Предпоследняя их встреча с Тютчевым произошла в Карлсбаде, где отдыхала вся европейская знать. Здесь Амалия и увидела постаревшего Теодора, приехавшего лечить на воды свою подагру.
Именно после этой встречи поэт напишет своё знаменитое «Я встретил вас…»

«Я встретил вас – и всё былое
В отжившем сердце ожило;
Я вспомнил время золотое –
И сердцу стало так тепло...»

В последний раз Фёдор Иванович увиделся с графиней 31 марта 1873 года, за два месяца до смерти. Она приехала навестить его, узнав о болезни - апоплексическом ударе. И проститься. Тютчев писал дочери Даше: «Вчера я испытал минуту жгучего волнения вследствие моего свидания с графиней Адлерберг, моей доброй Амалией Крюденер, которая пожелала в последний раз повидать меня на этом свете и проститься со мной. В её лице прошлое лучших моих лет явилось дать мне прощальный поцелуй».
Она пережила его на целых пятнадцать лет! О последних годах Амалии написала Ольга Николаевна, королева Вюртембергская: «Теперь ещё, в 76 лет, несмотря на очки и табакерку, она всё ещё хороша собой, весела, спокойна и всеми уважаема и играет то, что всегда хотела, – большую роль в Гельсингфорсе».

Тургенев и Полина Виардо.



18 июля 1821 года родилась Полина Виардо — гениальная певица, единственная и неповторимая любовь русского писателя Ивана Тургенева.
История Полины Виардо была как доказательство простой и верной истины: женщина может кружить мужчинам головы, даже не обладая безусловной красотой. Современники вспоминали, что с молодых лет Виардо нельзя было назвать красавицей. Поэт Генрих Гейне, умевший как никто другой обожествить женщину и поставить её на один уровень с богами, был грубовато прямолинеен, сравнивая её с пейзажем, который одновременно и экзотичен и чудовищен. Когда в 1844 году она приехала в Петербург и впервые вышла на сцену, по ложам пронесся едва уловимый и одновременно отчётливый шёпот: «некрасива…».
Как бы то ни было, Полину обожали: имея некоторую сутуловатость, выпуклые глаза и крупные черты лица, она заставляла слушателя забыть о своей внешности, едва только дирижёр взмахивал палочкой, и она начинала петь свою партию. В один из таких моментов певицу и увидел Иван Тургенев – писатель, чьё имя ещё только грозило прогреметь на всю страну, а пока – начинающий литератор, живущий на деньги, которые давала ему мать Варвара Петровна.

Полина Гарсиа (до замужества) с ранних лет была на редкость музыкальна. Будучи дочерью испанского певца Мануэля Гарсиа, она рано начала делать успехи: она занималась игре на фортепиано у самого Ференца Листа, а в 16 лет впервые вышла на сцену. Первые звёздочки славы опустились на неё в 1839 году, когда она дебютировала в роли Дездемоны в опере «Отелло» в Лондоне. Критики отмечали, что техника исполнения несколько хромала, однако изумительная страстность и живость, с которой пела девушка, много искупали. С тех пор её карьера шла в гору.

С Иваном Тургеневым её познакомил муж Луи Виардо, композитор и директор Итальянского театра в Париже. Луи был на 21 год старше Полины, с ним писатель вместе охотился и имел продолжительные беседы о литературе. Полине представили Тургенева как великорусского помещика, хорошего стрелка, приятного собеседника и плохого стихотворца, что, конечно же, не могло быть хорошей рекомендацией. Однако, встреча состоялась, и 25-летний Тургенев влюбился, как потом окажется, навсегда.

Для того, чтобы стать ближе, Тургенев предложил Полине заниматься с нею русским языком – такое умение было очень полезным, так как в репертуаре Виардо всё чаще стали появляться романсы русских композиторов – Глинки, Чайковского и Даргомыжского. Позже Полина настолько освоила язык, что стала ближайшим советчиком Тургенева в его работе над романами. Она вспоминала, что «ни одна строка Тургенева не попадала в печать прежде, чем он не познакомил ее с нею». «Русские не знают, насколько обязаны мне, что Тургенев продолжает писать и работать», - утверждала она. Впрочем, может быть, оно так и было. В лице Виардо Тургенев находил не только цензора, но и человека, которому он готов был подчиниться во всём.

К тому времени гастроли певицы в России подходили к концу, и Виардо засобиралась в Париж. Тургенев, совершенно потеряв голову, бросился за ней, благо отношения с Луи были на редкость близкими, что позволяло Тургеневу участвовать в домашних спектаклях и надолго останавливаться в гостях в загородном имении семейной пары. Он не мог не понимать двойственности создавшейся ситуации: находясь в доме Виардо, и знакомясь с её друзьями он слышал бесстрастное «а это наш русский друг, познакомьтесь, пожалуйста» и чувствовала на себе косые, а порой и насмешливые взгляды. Друзья из России недоумевали. Сначала смеялись, потом пожимали плечами, а затем и жалели человека, чьим сердцем так жестоко завладела равнодушная к нему женщина.

Лев Толстой, который приезжал в тот год в Париж и виделся с Тургеневым, писал: «Никогда не думал, что он способен так сильно любить». А Тургенев не просто любил, он сгорал в этом огне и писал Полине страстные письма: с тех пор, как она уехала из России, а он, задержавшись по делам, только собирался следовать за ней, он в первом же письме рассказал о своих чувствах: «Я не могу жить вдали от вас, я должен чувствовать вашу близость, наслаждаться ею. День, когда мне не светили ваши глаза, — день потерянный».

Одновременно с проблемами, которые возникали из-за создавшегося положения, а более всего – от спокойного принятия Полиной его обожания, в родном имении Спасское-Лутовиново назревал скандал. Мать, узнав о сумасшествии сына и его «погонях за певичкой», отказалась высылать ему деньги. Также ситуацию обостряло то, что отношения с Варварой Петровной никогда не были безоблачными, и Тургенев, едва только вырвавшись из дома, не пытался даже внешне их поддерживать. Его мать была женщиной непростого характера: будучи глубоко эрудированной, начитанной, заставлявшей детей говорить дома исключительно на французском языке и прививая им хорошие манеры, она беспощадно стегала сыновей. По этой причине маленький Тургенев даже сбежал однажды из дому. Позже он скажет, что ушёл, потому что его «бьют и даже не объясняют, почему и за что бьют». Образ матери Тургенев впоследствии использует в работе над характером барыни в рассказе «Му-му».

Когда Тургенев приехал в Россию, то обнаружил дома не только непростые отношения с матерью, но и… родную дочь Пелагею, родившуюся в результате случайной связи с крепостной. Мать его, разумеется, не признала в девочке внучку и обращалась с ней как с прислугой. Это подвело отношения матери с сыном до последнего предела взаимного неприятия. Тургенев разругался с Варварой Петровной, написал Полине с просьбой посоветовать, как ему быть с дочерью. Неожиданно он получил письмо, в котором Виардо предлагала отдать девочку к ней на воспитание. Так пугливая восьмилетняя девчушка Пелагия впоследствии превратится в мадемуазель Полинетт – изящную девушку, рисующую дивные пейзажи и пишущую письма отцу исключительно на языке Гейне.

Между тем, писательская деятельность Тургенева продвигалась бурным темпом. В России его уже окружали со всех сторон почёт и слава, однако вслед за взлётом последовало стремительное падение. В 1852–1853 годах Тургенев безвыездно жил в своём имении, находясь под домашним арестом. Властям не пришлись по нраву антикрепостнические настроения в «Записках охотника» да и некролог, написанный в память о Гоголе, сыграл свою отрицательную роль – дань уважения писателю восприняли как антимонархические размышления.

В те годы Виардо снова приезжала на гастроли в Россию. Тургенев совершил рискованный поступок: справил фальшивый паспорт и отправился в Москву, где его ждал унизительно прохладный приём. Разлука окончательно разбила и без того хрупкую привязанность Полины.

Годы шли, Тургенев дважды пытался наладить свою семейную жизнь. Настоящая семья – там, где была Полина – отринула его, и он стремился обрести хотя бы некоторое подобие родного гнезда. Однако ни связь с дочерью одного из его кузенов Ольгой, ни многолетние отношения с актрисой Марией Савиновой, не смогли затмить образа Виардо, любовь к которой, казалось, не только не остыла, а разгорелась ещё жарче прежнего. Тургенев писал Афанасию Фету: «Я подчинен воле этой женщины. Нет! Она заслонила от меня все остальное, так мне и надо. Я только тогда блаженствую, когда женщина каблуком наступит мне на шею и вдавит мне лицо носом в грязь».

За год до своей смерти, в 1882 году, Тургенев и Савинова приезжают в Париж, где писатель снова ищет встреч с Виардо, думает о ней и, как и прежде, готов быть чем угодно, лишь бы она находилась рядом. Здесь же в роскошных комнатах богатой обставленной парижской квартиры, врачи ошибочно диагностировали у Тургенева грудную жабу, тогда как позже выяснится, что писатель болен раком. Его прооперировали. Вроде бы всё сложилось удачно, но ослабленное здоровье 64-летнего Тургенева не выдержало нагрузки.

Последние месяцы его жизни словно искупали те томительные годы одиночества, когда он стремился к Полине и страдал от невозможности счастья: Полина снова была рядом, писала под диктовку его рассказы, облегчала муки болезни, и была с ним до последнего дня, будто неожиданно поняла, что долгих 40 лет около неё был верный и преданный друг, готовый на всё ради её улыбки и благосклонного кивка головы, и теперь он уходит навсегда. Уходит, храня непреходящую любовь и нежность в своём сердце.

А у нас весна!

   весна

Пушкин бы писал в фейсбук каждый день, помногу и к радости тысяч подписчиков. Постил бы селфи с вечеринок, поздравлял друзей публично с днем рождения, с удовольствием ввязывался в срачи и сам их бы инициировал. И остался бы жив.

Толстой бы молчал по полгода, а потом разражался простыней на километр, вызывающей шквал перепостов типа "Я просто оставлю это здесь" или "Многабукаф, но стоит прочитать всем!!!"

Лермонтов бы написал пару постов о том, как все плохо, а потом, прочитав комментарии, удалился с фейсбука насовсем.

Достоевский приглашал бы всех поиграть в "Веселую ферму", а ночью, проигравшись, писал бы колонки на Сноб (чем бы несказанно веселил Пушкина, который жив).

Тургенев бы регулярно публиковал объявления "МАКСИМАЛЬНЫЙ РЕПОСТ!!! ПОМОГИТЕ! Варвары хотят утопить щенков!!!" и сочинял психологические статьи об отношениях внутри поколений.

Чехов бы писал в неделю по паре строк, которые бы моментально попадали в списки афоризмов - в рубрику "Крылатые фразы великой Коко Шанель". Он бы морщился, но терпел.

Есенин бы писал ночью и пьяным, а утром с удивлением перечитывал.

Маяковский бы попробовал вести твиттер, но ему бы не хватило места.

Горький бы писал о нелегкой судьбе русского народа с геолокацией "отправлено с о.Капри, Италия"

Аксаков и Хомяков бы патриотично сидели Вконтакте.

И только Пришвин бы спокойно постил котиков и фотки голубого неба и зеленых листиков с комментарием "А у нас весна!



Подсмотрено здесь: facebook.com/evgenia.baturina.7/posts/779961982058931